Мешков В., Никифорова Л.
Анна Ахматова и дом Пасхалиди

Широкому кругу поклонников творчества Ахматовой и исследователям ее биографии дом Пасхалиди в Евпатории стал известен сравнительно недавно. Это тем более удивительно, что Ахматова оставила сведения о своей жизни в Евпатории в 1905-1906 годах [1, с. 266] и указала на место проживания: "Евп<атория>. Дом Пасхалиди. 1905-06" и "Евпатория. (На въезде в город) последний дом. Пасхалиди" [7, с. 221; с. 662].

Однако только в 1999 (?) году евпаторийский краевед Вера Константиновна Катина (1951-2005) обнаружила архивные документы, позволившие ей определить местонахождение этого дома. Сообщения о своих поисках и находках она публиковала как в периодических изданиях, так и в Ахматовских научных сборниках [8, 9]. Усилиями культурной общественности Евпатории и особенно руководителя Клуба любителей поэзии, энтузиаста-краеведа Ады Харитоновны Эренгросс (1919 — 2004) удалось добиться установления памятной доски на доме /158/ Пасхалиди. Часть улицы, которая до революции называлась Дачной, была переименована в проезд Ахматовой.

К сожалению, в кратких публикациях Катиной отсутствуют ссылки на архивные документы и цитаты из них. Возможно, это стало одной из причин появления среди краеведов-любителей и экскурсоводов Евпатории версии, что Ахматова проживала в другом доме Пасхалиди и в другом месте города.

Поэтому Евпаторийским культурно-просветительским обществом имени Анны Ахматовой были предприняты усилия по обнаружению в Государственном архиве АРК документов, позволяющих однозначно решить возникшую проблему. Поиски в архиве, проведенные зимой 2010/2011 года, позволили такие документы найти, и в настоящее время они подтверждают правильность сведений В. К. Катиной о месте расположения дома Пасхалиди.

Это в первую очередь рукописный документ на двух страницах под названием "Журнал" [4], текст которого мы приводим ниже в современной графике, а курсивом выделен печатный типографский текст протокола:

Далее идут подписи городского головы, членов Управы и ее секретаря. После этого внизу на второй странице документа имеется запись: "Копию настоящего журнала за № 1541 получил" с подписью "Ананий Пасхалиди".

Из документа следует, что большая часть участка была приобретена купцом Пасхалиди у его прежнего владельца Млинарича, а меньшая "прирезка" — у города. "Прирезка" была предназначена для постройки служб или достройки уже существовавшего дома, что доказывается употреблением в документе термина "дворовое место" и его сравнительно /160/ небольшая площадь. В противном случае использовались термины "дачный участок" (площадь в этом случае была гораздо значительнее) или "пустопорожнее место".

К документу был приложен план под названием "Выкопировка Высочайше утвержденного плана гор. Евпатории с указанием места, просимого к продаже А.С. Пасхалиди и А.М. Жолниренко". На нем обозначены именно тот участок и улицы, которые имела ввиду В. Катина. Вместе с тем становится понятно, что место нахождения дома Пасхалиди было ею установлено косвенным путем, на основании вторичных документов. Поэтому в своей публикации она не могла указать даты продажи Млинаричем дома и участка купцу Пасхалиди, заключая, что это произошло "очевидно, в 1899 году, ибо в 1900 г. им, а не Млинаричем уплачен налог на дом в размере 24,83 рубля" [8, с.43]. Однако из приведенного выше документа следует, что уже к сентябрю 1897 года Пасхалиди владел бывшим "дворовым местом" Млинарича, а следовательно, и его домом. Вряд ли участок приобретался без дома, или дом без участка. Сделка, как следует из этого же документа, была утверждена нотариально только в июне 1898 года.

Тем не менее, первичный документ по сделке между Пасхалиди и Млинаричем остается не найденным. Причина в том, что в архиве могли сохраниться далеко не все дела и документы Евпаторийской Городской Управы, часть дел могут реставрироваться, часть не выдаваться из-за ветхости.

Ныне найденный документ был, судя по всему, неизвестен В. Катиной. Сегодня он позволяет уточнить некоторые её сведения и выводы. Мы не будем касаться событий более далекого 1892 года, когда участок был впервые приобретен Млинаричем. Но далее Катина утверждает, что "он продает дом и оставшийся незастроенным участок земли в квартале 108 (его по ошибке именуют 154) А. Пасхалиди. Тот в свою очередь продает часть участка, "пустопорожнее место", в /161/ 1900 г. за 50 руб. неким А. М. Жолниренко и А. С. Нечипоренко. Затем этим "пустопорожним местом" владеет Е. Х. Жолниренко, но оно по-прежнему называется "местом бывшим Пасхалиди" в силу известности его владельца" [8, с. 45].

Анализ документов Управы показывает, что термин "пустопорожнее место" применялся к участкам, на которых не было строений и какой-либо хозяйственной деятельности. Из "Журнала" и "Выкопировки" следует, что Пасхалиди приобрел часть "пустопорожнего места", "прирезку", то есть свободный участок земли, принадлежавший городу, и у города, а не у Млинарича. Далее на запад находилась остальная часть "городского пустопорожнего места", которую "просил к продаже" у города и приобрёл Жолниренко.

Часть "прирезки", которую приобрел у города Пасхалиди, он в дальнейшем мог продать Жолниренко. Однако за 50 рублей, даже если продажа происходила по прежней цене 8 рублей за квадратную сажень, Жолниренко мог приобрести всего лишь около 6 кв. саж. Утверждение Катиной, что дворовое место Жолниренко якобы называлось "местом бывшим Пасхалиди", очевидно, неверно. Просто когда выбиралось место для постройки библиотеки на участке городской земли, примыкающем к участку Жолниренко, то в Думе и Управе, чтобы кратко обозначить место говорили: "рядом с местом бывшим Пасхалиди" и т.п. Именно "в силу известности его владельца" и его дома. Но участок Жолниренко называть "местом бывшим Пасхалиди" могли только по ошибке, т.к. в целом этот участок никогда Пасхалиди не принадлежал.

Неточно замечание В. Катиной о том, что квартал 108 по ошибке именуют кварталом 154, хотя сама автор в начале своей публикации утверждает, что дом Пасхалиди находился в квартале 154 [8, с. 43]. Как видно из приведенных выше документов, везде фигурирует номер 154, просто гораздо позже произошло изменение нумерации кварталов. /162/

Заметим, что все эти частные уточнения не отменяют вывода о том, где находился дом Пасхалиди. Но, может быть, Пасхалиди имел в Евпатории еще дом, как приходилось слышать от сомневающихся, и Ахматова проживала в этом другом доме?

С учетом изложенного выше эта версия уже выглядит недостоверной. Найденные архивные сведения позволяют ее отвергнуть окончательно. В публикациях Катиной тоже рассматривается этот вопрос: "почему один и тот же дом сначала значился по ул. Новой (ул. Бартенева), а затем стал числиться по ул. Дачной (ул. Братьев Буслаевых)" (по документам 1908 года). По ее сведениям: "Приобретение иного дома по Дачной улице или продажа дома по Новой улице не подтвердились архивными документами" [8, с. 44].

Объяснения В. Катиной, приводимые в этой публикации, не являются исчерпывающими, т.к. возможно возражение, что такие документы она просто не смогла найти или они утрачены. Между тем имеющиеся архивные документы позволяют решить этот вопрос окончательно и однозначно. При этом достаточно ограничиться 1905-1906 годами, когда Ахматова находилась в Евпатории.

В одном из архивных дел Евпаторийской Городской Управы имеется "Список лиц и учреждений, имеющих право участвовать в выборах Гласных Евпаторийской Городской Думы ... на 4-летие с 1906 г. Составлен 27 сентября 1905 года" [5]. В этом списке под № 86 значится купец А. С. Пасхалиди с оценкой его недвижимого имущества в 1500 рублей. В чем состояло его имущество, в этом документе не указывается.

Однако имеется также другое архивное дело, связанное с уплатой налога на недвижимость [6]. В заседании оценочной комиссии 10 июля 1906 года в соответствующем списке указано под № 14, что недвижимое имущество /163/ Пасхалиди — дом по улице Новой оценен вновь в 1500 рублей. Сопоставление этих двух документов однозначно доказывает, что в "ахматовский период" все недвижимое имущество Пасхалиди заключалось только в одном доме по улице Новой. Он действительно находился на въезде в город или, что одно и то же, на выезде из города на запад — на приведенном плане это соответствует переходу улицы Новой в Мойнакский проспект. Далее в то время располагались пустыри, редкие строения и дачные участки.

Так что А. Ахматова дала достаточно точные ориентиры для своего местожительства в Евпатории. Действительно, в то время даже в качестве почтового адреса достаточно было указать "Евпатория, дом Пасхалиди, для Анны Андреевны Горенко". К сожалению, письма на этот адрес, судя по всему, и сама Ахматова, и ее родные не сохранили (?).

Вопрос о том, почему дом Пасхалиди, как утверждает Катина, в 1908 году стал числиться по ул. Дачной, мы оставляем за рамками данного исследования, т.к. при Ахматовой он числился по ул. Новой (см. выше). Вероятно, это связано с дальнейшими достройками и перестройками дома, но эти процессы в настоящее время трудно проследить документально и к данной проблеме они отношения не имеют. Также неизвестно, в какой части дома проживала семья Горенко. Однако точно известно, что осенью 1906 года все Горенко уехали из Евпатории. Вопрос о том, где следовало установить памятную доску, на северном фасаде дома (как сегодня) или южном (ранее улица Новая) не представляется авторам статьи сугубо принципиальным.

Предстоит уточнить также утверждение В. Катиной, что Пасхалиди "согласно архивным документам, владел в Евпатории только двумя домами. Вернее, домом и небольшой дачей, оцененной в 1900 году в 150 рублей и располагавшейся на углу улиц Второй Продольной (ныне ул. Кирова) и четвертой линии (теперь ул. Московская). Дача не сохранилась" [8, с. 43]. Но, как мы видели, через пять лет за Пасхалиди дачи уже не числилось, а также после его смерти в качестве его наследства в 1908 году упоминается только дом, оцениваемый уже в 1800 рублей [8, с.44; 3]. /164-165/

Этот вопрос тоже представляет некоторый интерес. Дача могла быть либо продана, либо переписана на родственников, в частности на жену Пасхалиди. Случаи, когда муж владел домом, а жена дачей, или наоборот, неоднократно встречаются при изучении архивных документов. Если дача сохранялась за семейством Пасхалиди, то повышается вероятность, что на ней тоже могла некоторое время проживать в 1906 году Аня Горенко.

Имеются сведения самой Ахматовой, что после ее поездки в Киев весной 1906 года для сдачи экзаменов за 7 класс гимназии и возвращения в Евпаторию семья Горенко лето проводила на какой-то даче [7, с. 586].

В своей публикации В. Катина рассказывает о непростых отношениях в семье Пасхалиди, об измене жены, ухудшении отношений купца с представителями городских властей и других его неприятностях [9, с. 241-242]. В данной статье мы не занимались специально этим вопросом, однако обнаружился документ, косвенно подтверждающий эти обстоятельства. Он представляет собой прошение в Евпаторийскую Городскую Управу "жены бывшего Евпаторийского купца Марии Панайотовны Паскаль оглу" от 14 марта 1906 года: "Прилагая при сем две марки по 1 р. 25 коп., покорнейше прошу выдать мне удостоверение в том, что я до 1 января 1906 года состояла записанной в семействе мужа своего в числе Евпаторийских купцов". Хотя в шапке прошения указана фамилия "Паскаль оглу", прошение, как и запись "Удостоверение за № 372 получила", подписаны "Мария Пасхалиди".

Представляет интерес и текст выданного Удостоверения: "Дано из Евпаторийской Городской Управы жене бывшего Евпаторийского 2-й гильдии купца Марии Панайотовны Паскаль оглу вследствие ея прошения, в том, что она, Мария Паскаль оглу до 1 января 1906 года значилась записанной в купеческом списке в семействе мужа своего Анания Савва Паскаль оглу, в настоящем же 1906 году, ввиду необъявления мужем ея, /166/ Ананием Савва Паскаль оглу, капитала в числе купцов города Евпатории не состоит.

Гербовый сбор уплачен. Марта 14 дня 1906 г."[2].

Не вполне понятно, почему Пасхалиди, ранее именовавшийся в документах Управы под этой фамилией, указывавшей на греческое происхождение, через 8 лет именуется на "турецкий манер" Паскаль оглу в таких же официальных документах. Как сообщает Катина, на момент своей смерти 24 июля 1907 года Пасхалиди был православным, и его отпевали в том же евпаторийском Свято-Николаевском соборе, который он строил в качестве подрядчика. Возможно, это мелкая месть чиновников — следствие конфликта Пасхалиди с властями. У него, по сведениям Катиной [9, с. 242], постановлением суда хотели отобрать вид на жительство. Опять же непонятно, что это за "вид на жительство", то ли Пасхалиди имел турецкое или греческое гражданство, то ли оставался жителем Севастополя, и требовался вид на жительство для проживания в Евпатории.

Изучение различных исторических, краеведческих и бытовых обстоятельств и документов периода 1905-1906 года в Евпатории позволяет лучше понять условия жизни и среду, в которой оказалась в свои 16 лет Аня Горенко. Особенно это имеет значение, когда сведения самой Ахматовой и другие источники оказываются недостаточно полными или противоречивыми. Последние работы евпаторийских исследователей направлены на то, чтобы попытаться восполнить пробелы наших представлений о том времени. Важность дальнейших исследований в этом направлении определяется тем, что "евпаторийский период" во многом был переломным и решающим для формирования характера и личности будущего поэта Анны Ахматовой.

Литература

1. Ахматова А.А. Сочинения в 2 т. Т. 2. — М., 1990.

2. ГААРК.Ф.681, оп.2, д.338, л.7-8. /167/

3. ГААРК.Ф.681, оп.2, д.364, л.17

4. Евпаторийская Городская Управа. Дело о прирезке к дворовым местам полос из приуличной городской земли. — ГААРК. Ф. 681, оп.1, д. 753, л.10-11.

5. Евпаторийская Городская управа. Список лиц, имеющих право участвовать в выборах гласных. — ГААРК. Ф. 681, оп. 2, д. 228, л. 68.

6. Евпаторийская Городская Управа.Дело об оценках недвижимого имущества для платежа государственного налога, городского и земского сборов на 1906 год. — ГААРК.Ф. 681, оп. 2, д. 331, л. 28.

7. Записные книжки Анны Ахматовой (1958-1966). — Москва-Torino: Giulio Einaudi editore, 1996.

8. Катина В.К. "Живу в Евпатории, в доме Пасхалиди". //Анна Ахматова: Эпоха, судьба, творчество. Научный сборник. — Симферополь: Крымский Архив, 2001. С. 42-45.

9. Катина В.К. Судьба Анания Пасхалиди. //Анна Ахматова: Эпоха, судьба, творчество. Крымский Ахматовский научный сборник. Выпуск 7. — Симферополь: Крымский Архив, 2009. С. 239-243.